National Interest: Возможен ли новый диалог Украины и России?

Основой предвыборной программы Владимира Зеленского был поиск компромисса с Россией. Похоже, общественность его полностью поддерживает, но политическую свободу слуги народа все еще ограничивают другие обстоятельства.

National Interest: Возможен ли новый диалог Украины и России?
Перевод статьи, опубликованной 27 июня 2019 года на портале nationalinterest.org

Есть ли у Украины шанс вступить на новый этап развития, начать борьбу с коррупцией, провести реформы и приступить к диалогу с Москвой? Социологические опросы показывают, что подавляющее большинство избирателей, поддержавших кандидатуру Владимира Зеленского на пост президента, выступает за реализацию этих инициатив. В ходе дискуссии за обедом в Центре национальных интересов США в четверг американские аналитики попытались разобраться, действительно ли Зеленский сможет использовать свой успех на выборах, чтобы сделать прорыв на переговорах с Россией. В беседе приняли участие Сэмюэл Чарап, старший политолог корпорации RAND, который работал в штате по планированию политики во время администрации Обамы, Кит Дарден, адъюнкт-профессор Школы международной службы Американского университета, и Джейкоб Хайльбрунн, редактор издания National Interest. Модератором мероприятия выступил Джордж Биб, вице-президент и директор по исследованиям Центра национальных интересов, бывший главный аналитик ЦРУ по России, а также помощник Белого дома при администрации Джорджа Буша-младшего.
Пока еще рано надеяться на урегулирование ситуации, но участники дискуссии в основном поделились хорошими новостями об этом самом нестабильном на данной момент конфликте в Европе. По мнению Кита Дардена, замечательно, что после пяти лет военных действий Украина «не пошла по Балканскому сценарию, что война не расколола украинское население и не сделала примирение невозможным». Он продолжил свою мысль:
«Во многом нынешние выборы опровергли ту карикатуру, которая распространялась относительно Украины как здесь, так и в европейских столицах, а именно образ страны, которая едина в своем сопротивлении России, участвовала в согласованном государственном строительстве, возрождала свой национальный язык, создавала Единую Православную Церковь, которая стала автокефальной и отдалилась от Москвы, и изо всех сил старалась отделиться от Российской Федерации и не желала уступать . . . в вопросе своей территориальной целостности и отказывалась от любого потенциального компромисса с российскими агрессорами».
Вместо этого, сказал Дарден, мы видим, что «украинский народ позитивно относится к России» и сохраняет «братские» чувства к русскому народу. В подтверждение этих слов, а также, пытаясь показать серьезность желания Зеленского прийти к примирению с Россией, Чарап сослался на публичные опросы в Украине, которые свидетельствуют о смягчении взглядов украинского народа. По словам Чарапа, майский опрос показал, что «75% украинцев выступают за прямые переговоры с Россией о восстановлении мира на Донбассе» и «55% выступают за прямые переговоры с лидерами сепаратистов с той же целью». Кроме того, опрос говорит о том, что «65% опрошенных заявили, что Украина должна идти на компромиссы, чтобы восстановить мир и вернуть утраченные территории» и что «около 50% украинцев поддерживают предоставление автономии сепаратистским регионам для урегулирования ситуации», что, как отмечает Чарап, является «одним из условий Минских соглашений».
Тем не менее, есть ряд сложностей. Хотя основой предвыборной программы Владимира Зеленского был поиск компромисса с Россией, а общественность его полностью поддерживает, политическую свободу слуги народа все еще ограничивают другие обстоятельства. Чарап вспомнил инцидент, когда министр иностранных дел Украины отклонил предложение России провести переговоры об освобождении украинских моряков, задержанных в Керченском проливе, не проинформировав при этом президента Зеленского. На этом примере Чарап показал, что Зеленский «на самом деле не имеет полного контроля над своим собственным правительством». Такое отношение к президенту демонстрирует не только Министерство иностранных дел Украины, но также украинский парламент – Верховная Рада. Поскольку нынешняя Рада была избрана при предыдущем президенте Петре Порошенко сразу после Евромайдана в 2014 году, Дарден утверждает, что теперь она «совершенно не отражает населения и народных настроений на данный момент и почти повсеместно будет смещена со своих мест» во время следующих выборов, которые пройдут 21 июля.
До сих пор ситуация внутри правительственного аппарата мешала Зеленскому проводить эффективные действия, отчего в Москве создалось ощущение, что украинский лидер не в состоянии вести переговоры о фундаментальном изменении статуса-кво. Но ситуация может измениться уже этим летом после выборов. Помимо этого, отметил Чарап, Россия осознает, что по большинству ключевых внешнеполитических вопросов позиции Зеленского «во многом совпадают» с позициями его более антироссийски настроенного предшественника. При Зеленском Украина не изменила своей позиции в пользу членства в Европейском Союзе и НАТО, все еще обеспокоена внешнеполитическим курсом России и выступает против трубопровода «Северный поток-2».
Говоря о позиции ЕС и отношениях Украины со странами Европы, Хайльбрунн отметил, что Зеленский, должно быть, не совсем уверен в своих позициях из-за недавних действий европейских государств по реинтеграции России в регион. По мнению Хайльбрунна, этой реинтеграции способствуют два обстоятельства. Во-первых, как показывает возвращение Москвы в Совет Европы, некоторые европейцы—особенно Франция, Германия и Италия – хотят улучшить отношения с Россией, чтобы возобновить двустороннюю торговлю. Приводя в пример Германию, Хайльбрунн сообщил, что «87% членов Российско-германской торговой палаты указали, что хотят, чтобы Меркель играла более активную роль в продвижении экономической активности с Москвой».
Вторая движущая сила интеграции – Соединенные Штаты и администрация Трампа. По словам Хайльбрунна, целенаправленные выпады Дональда Трампа в адрес европейских союзников Соединенных Штатов (например, Германию из-за строительства «Северного потока-2» он назвал «пленницей России») подталкивает некоторые европейские страны, такие как Германия и Франция, «бочком прокрадываться» к обретению большей независимости от Америки. Кроме того, Биб отметил, что Соединенные Штаты сами проводят аналогичные Германии и Франции действия по взаимодействию с Россией: «Несколько месяцев назад президент Трамп отменил запланированную встречу с президентом [Владимиром] Путиным конкретно из-за задержания Россией украинских моряков, заявив, что он не встретится с Путиным до тех пор, пока эти моряки не будут освобождены, и тем не менее эта встреча состоится, хотя Россия продолжает их задерживать».
Отметив, что Россия имеет огромное и решающее влияние на украинцев, живущих на Донбассе, Кристофер Андерсон, сотрудник Госдепартамента США, работавший со спецпредставителем США по Украине Куртом Волкером, задался вопросом: «Что еще можно сделать, чтобы добиться мира [между Россией и Украиной] . . . [учитывая] цель России придать автономный статус Донецкой и Луганской республикам с правом вето на украинскую внешнюю политику?»
Что касается односторонних действий, которые Украина может предпринять для стимулирования процесса урегулирования, по мнению Чарапа, следует «фактически децентрализовать власть во всех регионах Украины». Он отметил, что украинцы, начиная с 1990-х годов, говорят о необходимости децентрализации власти по всем вопросам, не связанных с внешней политикой. По словам Чарапа, более децентрализованная система будет лучше соответствовать принципам предлагаемого урегулирования для Донбасса. В противном случае Чарап опасается, что «крайне асимметричная, почти конфедеративная структура, при которой два региона страны имеют совершенно непропорциональные права по сравнению с остальной частью страны», не будет жизнеспособной.
Отвечая на вопрос Андерсона, Дмитрий Саймс, президент Центра национальных интересов, который на прошлой неделе разговаривал с официальными лицами в Москве, заметил:
«Я считаю, что первым возможным шагом Соединенных Штатов станет изучение вопроса, какую гибкость Россия может проявить в этом вопросе. Вы вместе с Куртом Волкером можете отправиться в Москву. Русские проявляют сдержанное уважение к послу Волкеру … и я думаю, что они сочли бы весьма значительным, если бы он приехал в Москву и выяснил, насколько русские готовы к серьезному диалогу. Я думаю, что сегодня российская позиция очень жесткая … потому что они не верят, что соглашение реализуемо, и они совершенно точно считали, что соглашение невозможно при Порошенко. Думаю, что сейчас у нас есть шанс. Не знаю, насколько он реализуем, достаточен ли для заключения соглашения, но почему бы не поговорить с ними?»
Если Зеленский действительно выступает за примирение с Россией, то он должен приветствовать действия Вашингтона урегулировать ситуацию по такому дипломатическому пути.


Адам Ламмон (Adam Lammon)

Обращаем ваше внимание что следующие экстремистские и террористические организации, запрещены в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН).

Источник

Популярное
Городские события
Спорт
Происшествия